Склеп и…скрепы

• 

Подробности

142

11.11.2026

Амиржан КОСАНОВ, журналист, политик, специально для «Новой—Казахстан»

Пантеон как ярмарка тщеславия

Что ни говори, умеет наша власть сама себе создавать информационные поводы для вселенского хайпа. Вот свежий пример.

4 ноября 2026 года своим постановлением правительство изменило ранее утвержденные правила захоронения в Национальном пантеоне. Теперь в перечень должностных лиц, которых могут похоронить на его территории, включили вице-президента, председателей Курултая и Қазақстан Халық Кеңесі, а также их заместителей.

И пошло-поехало! Не знаю, чего в этом обсуждении было больше: перманентно-критического отношения к власти, как единому институту, или нелюбви к конкретным ее носителям, но градус их неприятия очень высок: в трудные для каждого казахстанца времена они вместо улучшения уровня жизни граждан озабочены такой бюрократической возней, как выделение мест на элитном кладбище.

А ведь эта тема у нас уже обсуждена и преобсуждена еще в 2017 году, когда правительством было утверждено «Положение о Национальном пантеоне».

В нем Национальный пантеон определен, как «место для погребения умерших (погибших) лиц, представляющее собой архитектурный объект мемориального значения, основанный в целях увековечения памяти выдающихся деятелей государства, науки, культуры, а также лиц, внесших вклад в развитие Казахстана».

Тогда было решено, что «погребению на территории Пантеона подлежат следующие умершие (погибшие) лица: президенты РК и члены их семей, премьер-министры и их заместители, председатели палат Парламента Республики Казахстан и их заместители, государственные секретари РК, руководители Администрации Президента РК, председатели, Конституционного Совета РК, Верховного Суда РК и Национального Банка РК, министры, руководители государственных органов, непосредственно подчиненных и подотчетных президенту РК, акимы областей, города республиканского значения, столицы».

В списке также были «лица, удостоенные званий «Халық қаһарманы», «Қазақстанның Еңбек Ері», граждане, награжденные орденами «Алтын Қыран», «Отан», «Қазақстан Республикасының Тұңғыш Президенті – Елбасы Нұрсұлтан Назарбаев», «Еңбек Даңқы» трех степеней»: видите, время летит так быстро, что устарели или канули в Лету некоторые награды и должности.

Особого внимания заслуживает пункт: «другие граждане по особому решению президента РК». Мы уже проходили период субъективизма и волюнтаризма Назарбаева, не дай Бог, чтобы эта худшая традиция деления на фаворитов и тех, кто в опале (я имею в виду, в первую очередь, тех кто смел и смеет критиковать власть и этим внес ивносит достойный вклад в развитие страны) продолжалась и в Новом Казахстане.

Помнится, и Ваш покорный слуга, тогда посвятил статью этой непростой, прижизненно-посмертной теме. Увы, несмотря на заверения власти о решительных и необратимых переменах много чего из арсенала старого Казахстана продолжается и в Новом.

А именно: ярмарка тщеславия высокопоставленных бастыков. Это - самое настоящее «нескромное обаяние» казахстанской чиновничьей буржуазии, желание во многом посредственных, среднестатистических чинуш примкнуть к касте великих. У нашего склепа – свои скрепы. Именно так я рассматриваю казахстанский вариант пантеоностроительства. Чего им не хватает? У них есть все: и высокооплачиваемые должности с прибыльными возможностями (коррупцию в Новом Казахстане пока еще, увы, никто не отменил, если не сказать большего), нехилое материальное и медицинское обеспечение, и столь важный статус для решения личных проблем.

Ан-нет! Им этого всего мало, видимо, «привычка свыше им дана», они уже сегодня задумываются о своем месте и после ухода из зоны комфорта бренной жизни, создав свою VIP-усыпальницу, куда посторонним, тем кто неугоден действующей власти, доступ запрещен. Этот вожделенный список имеет и чисто материальную, финансовую сторону: выделение места для погребения и иные ритуальные услуги проводятся за счет государства. Видимо, наши небедные чиновники, привыкшие жить за счет бюджета, хотят, чтобы народ, если не оплакивал, то, хотя бы, оплачивал их уход из жизни.

Получается, что они, причислив себя к так называемой правящей элите, хотят и после ухода в мир иной пребывать в эксклюзивных условиях. Но История показывает, что такие тенденциозные списки не вечны. Кто сказал, что нынешний пантеоносписок не откорректирует время? Вспомните, кто в 2017 году, когда родилась идея Пантеона, был в первых рядах этого посмертного реестра? Иных уж нет, а те - далече! Где гарантия, что сегодняшние фавориты Токаева через энное количество лет, когда наступит их и политический, и биологический конец, окажутся в Пантеоне, а не в тюрьме?

Недавно побывал в Париже и посетил тамошний Пантеон. Как известно, первым человеком, торжественно помещенным в него, стал революционный политик Оноре Мирабо. Правда, позже его останки удалили из-за политического скандала: выяснилось, что Мирабо тайно сотрудничал с королевским двором, и революционеры восприняли это как предательство.

В нашем пантеоносписке, где преобладают в основном высокопоставленные госслужащие, очень велика вероятность попадания в него носителей коррупции, криминала, клановости, незаконного лоббизма и нарушителей норм морали. Все тайное становится явным, не хватало нам еще, после их ухода из власти, где они пока еще могут воспрепятствовать публикации компромата на себя любимых, и обнародования возможных неприглядных фактов о своей жизни, раскапывать их могилы и перезахоранивать вне Пантеона.

Первым «неоспоримо» пантеонизированным героем во Франции стал Вольтер. Сегодня, кроме Вольтера, в парижском Пантеоне находятся или увековечены Жан-Жак Руссо, Виктор Гюго, Александр Дюма, Эмиль Золя, Мари и Пьер Кюри.

Бывших министров и акимов (префектов) в парижском Пантеоне практически нет. Говорят, что только Наполеон в свое время дозволил хоронить своих любимчиков-подчиненных в Пантеоне, после него такого чиновничьего наплыва не наблюдалось.

Даже в вышеупомянутом, утвержденном правительством РК Положении отмечено, что Пантеон строится «в целях увековечения памяти выдающихся деятелей государства, науки, культуры, а также лиц, внесших вклад в развитие Казахстана».

Все ли, приведенные в Положении должностные лица всенепременно вносили (вносят, будут вносить) «вклад в развитие» нашей страны?

И здесь примечателен опыт Франции. Парижский пантеон остается действующим государственным институтом памяти. Решение о захоронении в нем принимает президент Франции и, что немаловажно, парламентские структуры. Кандидат должен считаться фигурой национального значения, который внес вклад в культуру, науку или государство, имеет общенациональное признание и символическую ценность для Республики, а также политически приемлем. На сегодня рассматривается вопрос переноса в пантеон останков певца Шарля Азнавура и писателя Альбера Камю. Самое главное – общество участвует в этом процессе. И это показательно! У нас, увы, такой традиции нет, и по этой причине многие славные граждане современности не нашли свое вечное пристанище в нашем Пантеоне.

На мой, взгляд, такие инициативы, как строительство Пантеона, не должны быть заложниками выбора действующей власти, в первую очередь, президентов. Короля делает свита, и по этой простой причине достойным деятелям может быть отказано в пребывании в славной усыпальнице. По большому счету, через историческую память государство показывает миру: кого оно считает своими героями, и что именно хочет передать будущим поколениям.

Кстати, в том же Париже посещение Пантеона платное (на каждого туриста -порядка 16 евро). Получается, что достойные граждане Франции и после своего ухода в мир иной приносят доход казне государства, тем самым, помогая согражданам в решении социальных проблем.

А наш Пантеон? Какова будет его судьба? Не думаю, что туристы со всего мира будут толпами (как в том же Париже, Риме, Лондоне) осаждать его, чтобы увидеть могилу какого-нибудь бывшего министра или акима…