Иранский удар по Азербайджану
- Подробности
- 1663
- 05.03.2026
- Аркадий ДУБНОВ, политолог, эксперт по Центральной Азии для таджикского информагентства «Азия-плюс»:
Отчаянное сумасбродство режима аятолл распространилось на постсоветское пространство
Иран ударил по аэропорту азербайджанского Нахчывана. Расширение географии отчаянного сумасбродства агонизирующего режима аятолл распространилось на постсоветское пространство, сначала на Южный Кавказ. Неудивительно, что обеспокоена и Центральная Азия, которая напрямую не вовлечена в военный конфликт на Ближнем Востоке, однако неизбежно уже ощущает ощутит его последствия. Нестабильность вокруг Ирана способна повлиять на транспортные коридоры и энергетические маршруты. А еще она может негативно сказаться на безопасности в регионе – на границах и внутри самих республик.
Безопасность Центральной Азии, уже долгое время - это производная от соотношения сил между мировыми центрами: Китаем, Россией, США и ЕС. Сегодня ЦА в конфликте между США/Израилем и Ираном пытается в разной степени (крайние полюса этого диапазона по известным причинам — Казахстан и Таджикистан) дистанцироваться от войны.
Это кажется разумной позицией. В этом смысле избавиться от присутствия американских военных баз в регионе (Узбекистан, Кыргызстан) оказалось с точки зрения угроз для стран, их принявших, — решением дальновидным.
Поэтому, есть высокая вероятность, что безопасности региона в настоящее время ничего серьезного не угрожает, если иметь ввиду прямые военные или прочие силовые действия сторон конфликта.
В отношении безопасности границ по внешнему периметру ЦА подобной уверенности пока нет. Но такие угрозы выглядят следствием нестабильности в Южной части Евразии: увеличение миграции, экономические кризисы и прочее.
Точно так же нельзя исключить риски радикализации в самих странах региона, в Кыргызстане, Казахстане, Таджикистане. Ресурс для такого «оживления» всегда остается, его триггером выглядит смена поколений в рядах верующих мусульман, увеличения среди них молодого населения, всегда живо готовых откликнуться на призывы к «защите справедливости», нарушаемых «врагами ислама», неверными, кяфирами.
Подобного рода активность будет легко вписываться в нарративы о необходимости новой деколонизации в странах ЦА, которые становятся модными в политике и социальной активности в регионе. Особенно в контексте резко возросшего интереса США к освоению запасов минеральных ресурсов Центральной Азии, которая превращается в новую арену в глобальной гонке за редкоземельными элементами и критически важными минералами.
Рост числа беженцев возможен (в случае Таджикистана он может выглядеть процессом обратным по отношению к потокам таджикских беженцев в Афганистан во времена гражданской войны в середине 1990-х), но вряд ли он окажется значительным.
Миграционные потоки из Ирана, если они вообще будут иметь место (стоит помнить, что мусульманам-шиитам вряд ли будет комфортно найти себе место среди мусульман-суннитов), могут быть направлены внутри стран Южной Азии и Ближнего Востока, не исключено, что и в Европу, отчасти, в сторону Азербайджана (это касается иранцев — этнических азербайджанцев)»