Никогда такого не было, и вот опять


В Казахстане по WhatsApp распространили новость о том, что китайцы намерены перенести в страну, а именно в Мангистаускую область, 55 старых заводов. Несмотря на то, что рассылку оперативно опровергли и министры, и чиновники рангом помельче, по городам республики прокатилась волна протестов. Казахстанцы, уже не первый год с тревогой следящие за экономической экспансией КНР, потребовали опровержений от самого президента.




 Акиму они не верят

Первыми вопрос с китайскими предприятиями поставили ребром жители Жанаозена (города на юго-западе страны). Около ста человек вышли 2 сентября к акимату, потребовав не допустить строительства заводов. Участники акции пояснили, что опасаются наплыва в регион граждан КНР, которых, как они думают, будут трудоустраивать на эти предприятия. Вопрос безработицы в Жанаозене остро стоит не первый год, а о протестной активности местного населения после печально известных событий 2011 года знает вся страна, поэтому к новостям из этого города приковано особое внимание. С собравшимися встретился аким Жанаозена Адилбек Дауылбаев, заверив, что никаких китайских заводов там не появится, но ему не поверили, и на следующий день, 3 сентября, к акимату пришло уже порядка 500 человек. Требования у них остались прежними. К участникам акции вышел аким Мангистауской области Серикбай Трумов. Он также сообщил, что на территории Казахстана не планируется строить китайские предприятия. Однако митингующие заявили, что будут собираться на площади каждый день, пока не получат точный ответ на этот вопрос от главы государства.

«Посмотрите, сколько у нас молодежи, работы и так нет. Акиму мы не верим, мы будем стоять тут каждый день, пока президент не подтвердит, что эти заводы не будут строиться», — приводило издание Lada.kz слова местного жителя Нурсултана Тугелова.

Утром 4 сентября стало известно, что в Жанаозене сменился аким. Вместо Адилбека Дауылбаева, кому, очевидно, припомнили еще февральские выступления безработных, этот пост занял Максат Ибагаров.

Между тем митинги перекинулись на другие города. Перед акиматом Алма-Аты 4 сентября собрались несколько десятков человек. Часть из них выразила недовольство планами по строительству китайских заводов, некоторые заявили, что решили таким образом поддержать жанаозенцев. Были и те, кто поднимал вопросы китайской экспансии в Казахстане. «Выходите, чтобы наша земля была свободной. Кто хочет работать на китайцев? Разве мы мало им дали?» — цитировала Vlast.kz одну из участниц акции. Собравшихся успокаивал заместитель акима города Сапарбек Туякбаев. «Ходят разные слухи, что привезут нам старые заводы, которые испортят экологию, что там будут работать только китайцы. Но у нас есть свои законы, и мы такого не допустим», — по-обещал он.

В Нур-Султане более десятка человек устроили шествие по улицам с плакатами, передает Tengrinews.kz. Группа людей прошлась по проспекту Республики, а также побывала на площади перед городским акиматом. К собравшимся вышел руководитель Управления по делам общественного развития Талгат Рахманберди, который объяснил участникам акции, что их действия незаконны. Спустя некоторое время люди разошлись.

В несанкционированном митинге в Актобе, передает корреспондент «Ферганы», приняли участие более 50 человек. Помимо строительства китайских заводов, собравшиеся подняли вопросы несправедливого распределения адресной социальной помощи и трудоустройства.

На площади Антымак в Актау в знак солидарности с жанаозенцами собрались свыше ста человек. Помимо требования отказаться от строительства заводов, актаусцы высказали опасения по поводу возможной передачи земель в долговременную аренду предпринимателям из КНР.

Полиция наблюдала за собравшимися со стороны и никак не вмешивалась в происходящее.

В центре Караганды, по информации радио «Азаттык», поддержать жителей Жанаозена собрались более 10 человек. Участники акции выступили против того, чтобы «Казахстан был подвержен китайской экспансии» и распродавались полезные ископаемые страны. В частности, активисты затронули вопрос о месторождении вольфрам-молибденовых руд в Карагандинской области. «Второе в мире по величине месторождение отдано китайцам. У меня несколько вопросов: что наш Казахстан, и Карагандинская область в данном случае, получает от таких инвестиций? Почему казахстанцы не могут работать? Мы должны жить не хуже, чем арабы. Мы имеем право на долю от наших недр. Деньги, которые получаются за счет продажи недр, должны быть очень умно вложены в инвестиции. Мы можем привлекать инвестиции, но должны соблюдаться права наших граждан», — заявила активистка Алия Садырбаева.

Акция протеста в Шымкенте прошла у здания городского акимата. В ней участвовали порядка 30 человек. Они выступили против китайских заводов на территории республики, потребовали выставить на сайте правительства список людей, которым принадлежат земельные участки в Казахстане, а также призвали власти «освободить политзаключенных».

Ни в одном городе задержаний во время акций протеста не было, хотя митинги не были согласованы с местными властями. Во всех случаях к собравшимся выходили представители акиматов и пытались объяснить, что рассылка о переносе 55 китайских заводов — фейк.



Перенос мощностей или совместные предприятия?

«Такой программы не было, и нет, — заверяет замминистра иностранных дел Ермек Кошербаев, — никто не будет привозить сюда старые заводы или вещи, даже если они хотят. Наша комиссия не даст этого сделать, запретит такой проект».

Что же стало поводом для WhatsApp-рассылки и почему в ней фигурируют именно 55 предприятий? «В настоящее время, — продолжает чиновник, — у нас есть 55 совместных (китайско-казахстанских) проектов. (...) Мы каждый проект рассматриваем и изучаем, в чем сложности реализации, какую помощь нужно оказать нашим предпринимателям, и если нет динамики, то проводим актуализацию и убираем из списка».

В рамочном соглашении между правительством Казахстана и КНР об укреплении сотрудничества в области индустриализации и инвестиций действительно есть упоминание о 55 совместных проектах на сумму $27 млрд. Они реализуются в сферах машиностроения, стройиндустрии, АПК, химическо-фармацевтической промышленности, нефтегазовом секторе и так далее. В июле этого года сообщалось, что в рамках казахстанско-китайской программы сотрудничества в Жанаозене построят завод по безвредной переработке опасных нефтесодержащих отходов. Общая стоимость проекта — $97 млн.

Подобные программы по индустриализации и привлечению инвестиций разработаны не только с Китаем, но и с другими странами, в частности, с Германией и США, отмечает Ермек Кошербаев. Он также подчеркивает, что Китай — лишь четвертый крупнейший инвестор в Казахстане. На первом месте по инвестициям в республику находятся Нидерланды, на втором — США, на третьем — Швейцария.

И Кошербаеву хочется верить, однако в 2014 году проект о сотрудничестве с КНР, на который он ссылается, представляли несколько иначе. «Казахстанская правда», цитируя тогдашнего премьера Карима Масимова, писала именно о переносе китайских заводов на территорию республики. «Казахстан полностью поддерживает программу, предложенную КНР, по переносу производственных мощностей на территорию Казахстана. Речь идет о переносе мощностей несырьевого сектора, о десятках предприятий и миллиардах долларов инвестиций. Это будет хорошее начало, которое впоследствии можно перенести на другие страны — члены ШОС», — говорил Масимов.

Казахстанский общественник Айнур Курманов тогда писал на «Фергане», что наблюдатели сразу же заметили разный подход в освещении данных событий казахстанскими чиновниками для иностранных СМИ и внутри страны. Для внешнего потребления давалась картина именно переноса производства, то есть уже существующих предприятий и оборудования, а внутри Казахстана для простого обывателя это преподносилось как создание совершенно новых заводов в рамках «совместных проектов».

Отсутствие подробностей и четких опровержений со стороны властей, вероятно, породило слухи о желании Китая перенести к соседу свое «грязное производство», которые сейчас не слишком умело пытается опровергнуть казахстанское руководство. Министр внутренних дел Ерлан Тургумбаев, например, прокомментировал информацию о переносе заводов так: «Никакие (китайские) предприятия не открываются, есть совместные предприятия, есть инвестиции». При этом он добавил, что если в соцсетях будут распространяться призывы к незаконным митингам, то органы внутренних дел эти митинги будут пресекать.


Заговор «неких сил»

Не остался в стороне и посол КНР в Казахстане Чжан Сяо. Выступая на церемонии вручения китайских учебников четырем школам Нур-Султана, он заметил, что акции протеста начались накануне предстоящего 11-12 сентября официального визита президента РК Касым-Жомарта Токаева в Китай. «Поэтому без труда могу утверждать, что подобного рода действия направлены именно против этого важного события в двусторонних отношениях. Предполагается, что за этими митингующими ораторами стоят некие силы, которые поспособствовали, подтолкнули, стараясь разжечь, мягко говоря, отрицательное негативное настроение населения против Китая и против развития наших двусторонних отношений», — сказал посол журналистам 4 сентября.

При этом он заметил, что подобные попытки «обречены на провал, так как они исходят исключительно из корыстных геополитических интересов».

«Хочу обратить ваше внимание на один момент: по официальной информации, Китай даже не вошел в первую тройку стран, вложивших инвестиции в казахстанскую экономику. И где их (митингующих) обоснование утверждать, что Китай якобы хочет захватить территорию, переселить сюда население, и так далее и тому подобное? Это какая-то чепуха. На самом деле на казахстанском рынке работает мировой нефтегазовый гигант, который сюда пришел раньше всех, который за это время урвал больше всех, который и по сей день пользуется всякими преференциями, которых нет у других. Странно закрывать глаза на все это. Разве это не заставляет нас задуматься?» — подчеркнул Сяо.

Вероятно, он имел в виду одну из американских корпораций, которая участвует в разработке месторождения «Тенгиз», лидирующего в Казахстане по объемам добычи нефти.

В заключение дипломат в качестве примера удачного совместного китайско-казахстанского проекта привел Шымкентский нефтеперерабатывающий завод.

«Завод был старый, построен в советское время. До реконструкции и модернизации он не соответствовал современным технологическим нормам. Он устарел и по качеству выпускаемой продукции, и по выбросам в атмосферу. Завод практически был основным источником загрязнения воздуха в этой местности. Благодаря нашему совместному сотрудничеству, усилиям завод полностью обновился, приобрел новый облик. Он заработал в полную мощность», — резюмировал посол.


Образцовые отношения


Руководство Казахстана неоднократно называло взаимоотношения с КНР образцовыми. Бывший президент Нурсултан Назарбаев спустя месяц после сложения полномочий побывал с визитом в Пекине, назвав Китай опорой для своей страны. «Китай для Казахстана — большая опора, не только сосед. Не только экономический партнер, но и ближайший друг, которому мы доверяем и на которого опираемся», — заявил он.

Вот только далеко не всем казахстанцам нравится все более активное присутствие КНР в их стране. Три года назад антикитайские настроения вылились в массовые протесты против «земельной реформы», которые фактически вынудили президента Казахстана объявить мораторий на резонансные поправки к земельному законодательству. Поводом для нынешних протестов стала рассылка в WhatsApp. Если и сейчас потребуется вмешательство главы государства, чтобы снизить накал страстей, это может свидетельствовать только о том, что синофобские настроения (синофобия — неприязнь к Китаю, китайцам и всему китайскому. — Ред.) в республике в последние годы только усилились.


под текст

И вмешательство главы государства не заставило себя ждать. На первом заседании Национального совета общественного доверия (НСОД) Касым-Жомарт Токаев заявил, что за выступлениями последних дней стоят некие манипуляторы. «Слухи исходят от недоброжелателей, которые умело манипулируют патриотическими настроениями людей, в том числе используют эпатажных эмоциональных людей, чтобы достичь определенных целей. Надо понимать, что такая манипуляция людьми является частью геополитики, цель которой — подорвать единство народа и дестабилизировать ситуацию в Казахстане», — сказал президент.

Тем самым он подтвердил предположения посла Китая в Казахстане Чжан Сяо, который, как пишет Eurasianet «вышел за рамки дипломатической осторожности» и высказал предположение, что «за этими митингующими ораторами стоят некие силы, которые поспособствовали разжечь, мягко говоря, негативное настроение населения против Китая и против развития наших двусторонних отношений» накануне визита президента Казахстана в Пекин 11-12 сентября.

Этот исключительный «по важности» визит для президента Казахстана в страну, где он как рыба в воде (когда-то работал здесь, великолепно владеет языком, прекрасно знает традиции и все подводные «политические камни и течения»), может серьезно укрепить его позиции как внутри Казахстана, так на международной арене. Не случайно митингующие, с подачи «неких сил», в первую очередь требовали отмены визита Касым-Жомарта Токаева в Китай, который повлечет за собой напряженность между двумя странами, а неудача в экономических договоренностях сведет на нет ряд планов президента — ему нужны дешевые кредиты, чтобы исполнить все, что он озвучил в своем Послании народу Казахстана.

Сетевые авторы пытаются найти эти «некие силы», которые управляют этими митингами, в России или США, но реальность подсказывает другое.

Из-за того что нынешние первые несанкционированные синофобские митинги прошли в Жанаозене, некоторые наблюдатели прослеживают их связь с трагическими событиями в этом городе, закончившимися расстрелом нефтяников в 2011 году. Они указывают на то, что тогда, по их мнению, непосредственным дирижером этой трагедии был руководитель администрации президента РК Аслан Мусин, который с подконтрольными ему боевиками криминальных группировок устроил провокацию: толпа спортивных мужчин начала громить магазины, банки и государственные учреждения. После чего у главы МВД Касымова появились основания отдать приказ — открыть огонь по протестующим нефтяникам.

С этими криминальными группировками, как и со всем салафитским подпольем, был тесно связан сын Аслана Мусина — Асылбек, которого считали большим авторитетом среди казахстанских салафитов. Он впоследствии бежал из страны и осел в Латвии, где при странных обстоятельствах погиб в 2017 году.

Не исключено, что отстраненный Назарбаевым от работы Аслан Мусин и сейчас может использовать в своих интересах остатки своей «агентуры» среди салафитов.

Кстати, массовые митинги против земельной реформы в апреле 2016 года так же были вызваны опасениями, что «китайские инвесторы могут захватить большую часть территории» из-за поправок, разрешающих иностранцам брать угодья в долгосрочную аренду, напоминает Eurasianet. И начались они тоже на западе Казахстана и прокатились по стране по аналогичному сценарию. О чем мы писали в мае 2016 года («Земляной вал протестов», «Новая» – Казахстан» от 5.05.2016 г.). «Это наводит на мысль о том, что за нагнетанием ситуации стоят определенные элитные группы, которые могут быть заинтересованы в оказании нужного им воздействия на Астану», — анализировал те протесты политолог Андрей Чеботарев. А эксперт Наталья Харитонова в 2016 году в этой же статье говорила, что власть хочет видеть за событиями неких «кукловодов», но только не казахстанских, а иностранных, и государственные СМИ осторожно указывают пальцем на США.

«Более того, в отличие от уже хорошо известных стандартных сценариев по смене власти на протестной волне, поддерживаемых из-за рубежа, в данном случае общественности не известно, кто те люди, вокруг которых формировались протесты на местах, не проявились и явные «лидеры площадей». Не ясно, как финансируются и финансируются ли вообще нынешние акции. При этом высокая организация этих акций очень напоминает «почерк Жанаозена» образца 2011 года, когда по позициям президента Назарбаева был нанесен ощутимый удар. И очень похоже на то, что за спиной нынешних протестующих стоят те же местные кланы, которые претендуют на большее, чем имеют, и не успокоились после 2011 года. Это группа местных «авторитетов» и руководителей и их покровители в Астане», — отмечала эксперт Наталья Харитонова.

Не правда ли, похожий почерк? И тогда, и сейчас эти протестные акции наносили удар по имиджу президента. Только президент теперь другой.

Кроме того, некоторые наблюдатели обратили внимание и на то, что нынешние «несанкционированные» синофобские митинги тоже имеют высокую организацию — они практически одновременно прошли, помимо Жанаозена, в Алма-Ате, Нур-Султане, Актау, Атырау, Караганде и Шымкенте и в режиме реального времени освещались всеми важнейшими СМИ страны, находящимися под контролем министра информации и общественного развития Даурена Абаева и Дариги Назарбаевой. Хотя обычно любой несанкционированный протест освещается лишь парой-тройкой независимых СМИ.

Крайности смыкаются?