ПЕРЕНАЗНАЧЕННЫЕ

Зачем токаев сохранил старое правительство




Cтоило ли городить огород: будоражить электорат, объявляя внезапные парламентские выборы, и отправляя в отставку правительство? Зачем было обнадеживать общество, заждавшееся перемен, и … оставить все как есть: в парламенте (за исключением двух-трех новых политических исполнителей) — фактически те же партии и то же правительство с теми же премьером Алиханом Смаиловым
и его заместителями?!

Мне казалось, что президент, как real-politik, понимает эти позитивные ожидания, поэтому в прошлом номере я попытался предположить какой премьер-министр и правительство нужны Новому Казахстану. Увы, оказался наивен — чуда не произошло: старый Казахстан переназначен и стал Новым!

Кто-то не поленился и посчитал, что состав правительства, где сменились только два министра, обновился на 8,6 процента, поэтому в течение следующих четырех лет правления Токаева страна каждый год будет обновляется на 2,15 процента. С такими темпами Новый Казахстан нам ждать… 46 лет!

Почему же президент не решился на кардинальные изменения в составе правительства?

Некоторые политические аналитики считают, что Касым-Жомарт Токаев благоразумно дистанционировался не только от бывшей президентской политической партии «Нур Отан», (ныне «Аманат»), но и от правительства, сделав его подотчетным Парламенту и предоставив этой партии право выдвигать кандидатуру на пост премьера.

Возможно, предчувствуя ухудшение социально-экономической ситуации и связанный с этим рост протестных настроений, президент решил чуть позже отдать этот безликий и бесталанный состав правительства на растерзание обществу. Такой шаг позволит (на время) снять напряженность и отрезвит правящую партию «Аманат», позволив обвинить ее в провале экономической политики, так как именно она предложила кандидатуру этого премьер-министра.

При этом президент сохранил за собой право давать «ценные руководящие указания» как премьер-министру, так и другим членам правительства, и поставил перед этим правительством почти невыполнимую задачу: снизить до конца года инфляцию в два раза!

В случае же успешного (что мало вероятно) развития экономики и социальной сферы Токаев может примерить на себя лавры победителя.

Кроме того, президент Токаев все еще связан тайными обязательствами и обещаниями, данными им Назарбаеву в 2019 году, когда тот выбрал его своим преемником? Допускаю, что в пакете этих соглашений были не только гарантии личной безопасности Назарбаева и членов его многочисленной родни, но и сохранение во властной вертикали некоторых его ставленников. Тем более, мало кто из назначаемых высоких бастыков публично отрекся от елбасы и его наследия: такое ощущение, что они ждут возвращения Назарбаева.

Возможно, за быстро пролетевшими четырьмя годами со дня восшествия Токаева на трон, мы и не заметили, как сформировался костяк новых хозяев жизни. И это новое окружение президента связано одной целью: сохранить существующие порядки, в том числе и в экономических отношениях. А для этого нужно сохранить правительство, которое уже залило фундамент новой конструкции межклановых связей.

Особого разговора заслуживает рокировка руководителя администрации президента Мурата Нуртлеу в кресло вице-премьера – министра иностранных дел. С одной стороны, это понижение, ибо в нашей суперпрезидентских реалиях должность рукапа де-факто вторая по значимости в чиновничьей иерархии. И тут в противостоянии (о котором я писал с статье «Голосовали ногами») между двумя токаевскими фаворитами: руководителем администрации Муратом Нуртлеу и государственным советником Ерланом Кариным, победу одержал последний.

Истинную причину такого карьерного понижения знает только тот, кто подписывает Указы. Я же смею предположить, что, если бы Токаев был доволен работой своего рукАП-а, он бы или оставил его на месте, или же отправил руководить конституционным органом власти. Учитывая, что нити политической жизни в руках рукАП-а, можно предположить, что президент не совсем доволен итогами прошедших парламентских выборов, которые не только выявили всю грязную подноготную казахстанской избирательной системы, но и явили миру всю эту нечисть.

Но с другой стороны, некоторые эксперты выдвигают версию, что Нуртлеу, как очень доверенный человек Токаева, отправлен в правительство «смотрящим» за Алиханом Смаиловым.

А администрацию президента, вернувшись в родные пенаты, неожиданно возглавил бывший руководитель Антикора Олжас Бектенов (он работал в АП с 2006 по 2009 год). Новый рукАП же, наверняка, не зря в свое время был отправлен в Антикор. Скорее всего, у него припасен «вагон и маленькая тележка» компромата на всех, кто сейчас ведает государственными делами. Потому у него есть реальные рычаги влияния на них. Что, в свою очередь, будет способствовать росту его неформального административного влияния на всех, кто входит в команду президента.

Наличие специфической информации о министрах и акимах, олигархах разных уровней у рукАП-а, это, конечно его плюс: с новыми полномочиями он будет эффективнее противостоять коррупции. Но есть опасность того, что, имея в руках такое оружие, он может поступать избирательно и начать по своему усмотрению сводить счеты с неугодными ему людьми. А это уже репрессии.

Приход на должность рукАП-а человека, обогащенного опытом правоохранительной системы, наводит на мысль, что к концу четвертого года своего правления Токаев наконец-то понял, что главный тормоз в цивилизованном развитии страны и безуспешности ее реформирования – тотальная коррупция. Добавьте сюда ее высшую степень развития: политическую коррупцию — сращивание государства с кланами и криминалом.

Одним словом, если президент желает консолидировать нацию вокруг идеи Нового Казахстана, то таким консолидатором, в первую очередь, должен быть глава его администрации — фигурой способной на начальной стадии разруливать зреющие в недрах общества конфликты. Сможет ли он соответствовать такому уровню таких требований, покажет время.