Ай, да Нолан!
- Подробности
- 382
- 01.08.2026
- Мурат УАЛИ, писатель, специально для «Новой-Казахстан»
Заметки рядового кинозрителя
С начала года киносообщество жило ожиданием «Одиссеи» – очередного фильма Кристофера Нолана по классическому сюжету Гомера. И вот, с 17 июля (в Казахстане с 23-го) начался мировой прокат и триумфальное шествие грандиозного блокбастера по экранам. Похоже, предыдущий «Оппенгеймер», взявший 7 Оскаров и заработавший в прокате почти $1 млрд., был всего лишь разминкой.
Казалось бы, что нового может быть в сюжете, которому почти три тысячи лет и от которого слово «одиссея» стало нарицательным для любого долгого и опасного путешествия? А что нового могут предложить кинотехнологии после «Аватаров» Кэмерона? Оказывается, могут! Фильм был снят полностью на специальные плёночные кинокамеры IMAX высокого разрешения, поэтому аудио-видео чудеса, адекватные замыслу режиссера и возможностям технологии, доступны только в соответствующем кинозале IMAX. Да, Image Maximum обеспечивает яркое объемное изображение и чистый объемный звук.
И вот, огромный изогнутый экран от пола до потолка заполнил всё поле зрения и без всяких стереоочков вместе со звуком создал иллюзию полного погружения в эпоху античности, Троянской войны и скитаний команды Одиссея по морям и островам.
Нет смысла пересказывать самый известный в истории сюжет или опасаться за невольные спойлеры. Тем более, он был экранизирован десятки раз (на нашей памяти минисериал, снятый в 1997 году Андреем Кончаловским с Армандом Ассанте и Гретой Скакки, и недавний - 2024 года – фильм Умберто Пазолини «Возвращение Одиссея» с Рэйфом Файнсом и Жюльет Бинош в главных ролях – ред.), поэтому всем всё известно, почти каждый западный зритель мнит себя знатоком одиссеи Одиссея. Вот и новоявленный триллионер Маск примерил на себя роль критика и проклял Нолана за подбор актёров и осквернение Гомера, назвав червяком и сукиным сыном. Конечно, нам – азиатам «осквернение Гомера» – пустой звук. Рядовой зритель приходит в кинозал не за тем, чтобы сверять экранизацию с авторским текстом, а за эмоциями. А европейские критики бросились защищать режиссёра, уверяя, что фильм снят для современной аудитории, а она – мультикультурна и многонациональна. Мол выйдите на улицы Лондона и увидите калейдоскоп лиц и цветов кожи, потому и в фильме – калейдоскоп актёров американского, британского, нигерийского, китайского, индийского происхождения, в том числе и самая спорная Елена Прекрасная в исполнении афромексиканки кенийского происхождения (кстати, Лупита Нионго - не первая чернокожая актриса, сыгравшая в Гомеровском эпосе. У Кончаловского чернокожей была нимфа Калипсо - в исполнении Ванессы Уильямс. У Нолана ее сыграла блондинка Шарлиз Терон -ред.). Да, есть условность искусства, а осовременивать классику – давняя традиция. Но, как и до какой степени?
Наверное, рядовой зритель, вливая шербет фантазии в бокал воображения, представляет себе Елену, как самую божественную женщину на белом свете в виде микса женственности Мэрилин Монро, сексапильности Ким Бэсинджер, грации Зои Салдана, целомудренности Одри Хепбёрн, а ему предъявляют женщину с лицом, наполовину обезображенным шрамом. Не мудрено недоумение и шок. Но тут прекрасная актриса Лупита Нионго, как двуликий Янус, предстаёт не только Еленой Ужасной, но и Клитемнестрой Прекрасной. Хотя ведь получается, если сёстры – дочери бога, значит и Зевс – чернокожий. Или он явился их матери Леде в образе чёрного лебедя? О, боги, боги! Что скажут современные греки? А что сказали бы казахи, если бы наш эпический персонаж Баян Сулу сыграла какая-нибудь прекрасная кенийка или нигерийка? Впрочем, как оказалось, овчинка выделки не стоит – роль Елены мимолётна, как в прямом смысле, так и в Троянской войне, которая случилась вовсе не из-за её красоты, а из-за желания Агамемнона устранить азиатских конкурентов.
Но вернёмся к нашим ахейцам. Итак, Итака. На высоком берегу стоит каменный замок с тёмным залом, освещаемый факелами, и полный женихов Пенелопы.
– Война... Мужчина... Путешествие... Троя... Хитрость... – восклицает древнегреческий аэд, стуча посохом. Между прочим, такие аэды, также как тюркские жырау – основатели жанра рэп, потому персонаж символичен в исполнении рэпера Трэвиса Скотта.
Пенелопа, Пенелопа – эталон для всей Европы. Тут всё ОК: и слёзы, и верность, и любовь. Энн Хатауэй в этой роли просто великолепна – её лучшая актёрская работа. Но главные визуальные фишки фильма расставлены в приключениях, а точнее злоключениях Одиссея при возвращении из Трои. При всей заложенной изначально фантастичности этих сцен, мы видим бескомпромиссную суперреальность огромного деревянного коня, морских и островных пейзажей, точность деталей, нетривиальность диалогов, замечательную игру актёров – признаки высокого профессионализма режиссёра и визуальный кайф для зрителя.
Вот, вместе с бесстрашным и хитрым Одиссеем в исполнении Мэтта Деймона выходим в открытое море, и наша галера то тихо скрипит вёслами, то хлопает парусом, ловя ветер, то попадает в настоящий шторм с громом и молнией, при котором хватаешься за подлокотники, чтобы не смыло волной... Вот, вслед за командой входим в пугающую черноту пещеры... и вдруг от оглушительного рёва одноглазого Циклопа душа уходит в пятки и вибрирует кресло... Вот со смехом наблюдаем за превращением мужчин в свиней и снова дрожим от страха, проходя между смертоносными Сциллой и Харибдой. Насилия и страшилок в фильме хватает, жаль красоты и эротического вайба недостаточно. Хотя бы в эпизоде с сиренами. Но тут надежда на визуальный кайф не оправдалась. Вместо суперреалистичного цветочного луга и соблазнительно голых красоток-полуптиц – голые скалы в полудымке и печальная музыка...
Эх, нет в фильме совершенства. Зато есть антивоенная метафора.
Домой возвращается ветеран Троянской войны, но не в орденах и медалях, а выброшен голым на берег морской волной. Голый снаружи и опустошенный изнутри. На войне, существовавшей во все времена, новички озабочены – как выжить, а ветеранов мучает вопрос: как жить после неё. Вот и нашего великого воина и коварного изобретателя подарочного коня мучает ПТСР. Хотя война выиграна, но он потерял всё; друзья погибли, жена и сын несчастны, собака умерла; остались боль, усталость, разочарование и провалы в памяти... И вдруг – внезапные флэшбэки: разрушенный город, горящий деревянный конь, закованный в чёрные латы Агамемнон. А что мы делали под Троей? Зачем нарушили закон Зевса, напав на братский народ? Кому была нужна эта денацификация и демилитаризация? Одному Агамемнону, ради его амбиций? В Трое был триумфатором, а дома в Микенах зарезала собственная жена.
Между тем Спарта, Итака, Пилос, да и вся Эллада охвачены слухами о возможном нападении некоего зловещего морского народа. Надо готовится к новой войне. Как?..
Был бы Дельфийским оракулом, тайно слушающим новостные медиапорталы, подсказал бы ахейцам: ройте противотанковые рвы, закапывайте мины, натягивайте колючую проволоку, устанавливайте зубы дракона и собирайте армию дронов, – так ныне готовятся к нападению стрáны, граничащие с «морским народом».
О, боги, боги! Если при 10 летней «одиссее» Одиссея от суровой руки Зевса гибнет вся его команда, то от умелой руки Нолана и безупречного качества IMAX 170 минут экранного времени пролетают, как несколько микросекунд. Несмотря на хейт от Маска, «осквернение Гомера» и полувиртуальных сирен, несмотря ни на что, зритель получает полный набор эмоций: страх и смех, слёзы и любовь, а заодно наполняется волшебной силой искусства; и для такого просветлённого зрителя «Одиссея» – потрясающий авторский фильм-шедевр.
Ай, да Нолан! Ай, да сукин сын!