«Неликвиды» на службе государственной безопасности?

Почему запрет на гаджеты в госструктурах бессмыслен по определению

С сегодняшнего дня в казахстанских госструктурах работникам запрещено пользоваться телефонными гаджетами, в которых помимо функций «звонок-сообщение» есть еще что-то. То есть все смартфоны и айфоны теперь нужно будет оставлять в условном хранилище телефонов на входе в здание какого-нибудь министерства, а внутри можно пользоваться лишь старыми «Мотороллами» и «Нокиями» – и то предварительно сломав в них камеру. Примечательно, что приказ вступает в силу на неделе, когда в мире презентовали новую модель Iphone SE – так что, глядя на Казахстан, где-то в мире плачет Тим Кук. Но министрам слезы иноземного инженера нипочем – у них есть священная секретность. «Там, где мы несем охрану, будем исполнять это поручение. Я вам скажу так: у нас служба оперативная. У нас многие вопросы секретные. Они недоступны. Поэтому мы до этого решения на своих совещаниях практически такие средства не использовали», – сказал Tengrinews.kz министр внутренних дел Калмуханбет Касымов. А министр культуры Арыстанбек Мухамедиулы, сославшись на то, что такое требование есть в других странах тоже, огорошил всех признанием, что «сотовые сейчас обычно используются для связи между абонентами», а на работе есть компьютеры, где можно найти вообще все.

Подробнее: «Неликвиды» на службе государственной безопасности?

Открытая наука

Студентка из Казахстана бросила вызов многомиллиардному бизнесу по продаже доступа к научным статьям

Проект Sci-Hub Александры Элбакян, позволяющий ученым бесплатно получать публикации коллег, признан нелегальным американским судом. Однако, по мнению Элбакян, это только начало борьбы за новую открытую модель распространения знаний.
Общественная дискуссия об интернет-пиратстве идет не только в связи с кино, музыкой или художественной литературой — но и в связи с доступом к научным статьям. Под вопрос ставится политика авторитетных научных издательств, ежегодно получающих миллиарды долларов за продажу ученым права доступа к академическим публикациям своих коллег. Авторское право, считают многие представители научного сообщества, нужно издателям не для того, чтобы «поддерживать качество публикаций на высоком уровне», а чтобы зарабатывать на доступе к знаниям.
Во всем мире научные статьи защищены копирайтом. Ограничения на доступ к публикациям ведут к росту информационного неравенства — материалы для своих исследований могут получить только ученые, работающие в крупных учреждениях, которым по карману оплатить подписку на рецензируемые научные журналы. В совокупности американские университеты и правительственные организации ежегодно тратят $10 миллиардов на доступ к базам данных научных публикаций. В трудностях с оплатой подписок признавался даже элитный Гарвардский университет, не говоря уже об ученых из развивающихся стран и независимых исследователях. Цена за доступ к одной статье на сайтах вроде jstor.org порой превышает $30 — и это притом что для исследования могут понадобиться сотни подобных публикаций.

Подробнее: Открытая наука

Миллион за статью. Двадцать девятую

В Питере разгорается медийный скандал — сразу пять изданий получили по иску от Санкт-Петербургского гуманитарного университета профсоюзов

Вуз требует от СМИ компенсацию репутационного вреда на миллионы рублей, хотя такого понятия в Гражданском кодексе нет.
Общее число исков, поданных от имени ГУПа и его ректора Александра Запесоцкого к петербургским медиа, давно перевалило за десяток. Мы решили опубликовать эту статью, потому что в Алма-Ате уже 33 года существует филиал СПбГУП. И нам интересно было узнать о порядках, которые царят в этом учебном заведении. В ближайших номерах мы попытаемся выяснить, экстраполируется ли политика этого российского вуза на его казахстанский филиал.


Девочка с голубыми волосами, или 33 подзатыльника


В стремлении беречь казну ГУПа его ректор достигает невероятных моральных высот. Историю Игоря Веркина в городе помнят до сих пор, хотя случилась она полтора десятка лет назад.
17-летний Игорь Веркин был зачислен в ГУП 22 мая 2000 года. Его родители, люди не слишком состоятельные, решили не рисковать и заплатили 28,5 тыс. рублей (по тем временам 1000 долларов) сразу за год обучения. 29 июля, задолго до начала учебного года, мальчик скоропостижно скончался. Мать Игоря попросила вернуть деньги — ее сын не посетил ни одного занятия, а деньги были нужны на лечение тяжело болевшего мужа, но университет проявил принципиальность и деньги не вернул. Матери мальчика, Лидии Игоревне, выдали официальный отказ, добавив: единственный, кто может пересмотреть решение, — Александр Запесоцкий.
Женщина просидела целый день у кабинета ректора, но на прием не попала. Позднее, в интервью «Известиям», Запесоцкий заявил:
— Умирает, конечно, не каждый, но даже если три студента в год не смогут учиться по каким-то причинам, мне нужно будет три тысячи долларов выложить из своего кошелька.

Подробнее: Миллион за статью. Двадцать девятую

Неудобный шум для казахстанской власти

На защиту главы Союза журналистов Казахстана встала мировая общественность

В Казахстане продолжается скандал вокруг обвинения главы Союза журналистов республики Сейтказы Матаева в хищении государственных средств и уклонении от уплаты налогов. В защиту Матаева выступили депутаты Европарламента и международные журналистские организации. Под возможной угрозой срыва оказался приезд некоторых европейских делегаций на выставку EXPO-2017. Но следствие на это не реагирует никак.


Чрезвычайный комитет


В минувший понедельник в алма-атинском здании Национального пресс-клуба состоялась не очень обычная пресс-конференция. Это был тот редкий случай, когда в защиту одного человека – пусть и сверхавторитетного в своей профессиональной среде – организован комитет. Речь идет о руководителе Союза журналистов Казахстана и бывшем пресс-секретаре президента страны Сейтказы Матаеве, который находится под домашним арестом по подозрению в растрате государственных средств, полученных на тендерах, и уклонении от уплаты налогов. Его единомышленники и адвокаты собрали прессу, чтобы в очередной раз подчеркнуть: все, что произошло с момента задержания Матаева 22 февраля, очень сомнительно с точки зрения закона. А теперь еще и опасно в масштабах страны, так как под угрозой оказался грандиозный имиджевый проект президента Нурсултана Назарбаева – выставка EXPO-2017.
«Серьезная угроза нависла над идеей нашего президента, – заметил председатель холдинга «Ак Жайык» Абдильда Мукашев, выступавший на пресс-конференции как представитель региональной журналистики. – Германия и США могут просто не приехать на EXPO-2017». Мукашев имеет в виду заявление экс-депутата бундестага Виолы фон Крамон, которое она сделала в Deutche Welle: «С точки зрения «зеленых» участие немецких делегаций в EXPO-2017 может, и будет ставиться в зависимость от освобождения Матаева. В центре концепции EXPO в Казахстане – именно зеленые технологии, и западные компании, которые их разрабатывают, обычно учитывают позицию «зеленых». От США, по сведениям «Новой», на уровне приватной поддержки тоже выступили несколько крупных сенаторов.

Подробнее: Неудобный шум для казахстанской власти

Обвинительный уклон?

О нарушениях закона в «деле Матаевых»

Общественности теперь уже широко известно имя зампреда Нацбюро по противодействию коррупции Талгата Татубаева, который «сам лично курирует дело Матаевых», раздает интервью и раскрывает тайны следствия в интересах обвинительного уклона и оказания давления на общественное мнение.

Мы хотим объяснить, с чего началось «дело журналистов» в Казахстане.
Небольшая предыстория.
12 января 2016 года Талгат Татубаев назначен заместителем председателя Национального бюро по противодействию коррупции Министерства по делам государственной службы РК (антикоррупционная служба).
13 января 2016 года, то есть сутки спустя, антикоррупционной службой и ее территориальными подразделениями возбуждено уголовное дело в отношении должностных лиц по факту хищения бюджетных (государственных) средств. С 14 января 2016 года по постановлению суда № 2 Медеуского района г. Алма-Аты сотрудниками антикоррупционной службы г. Алма-Аты произведены выемки бухгалтерской, организационной и иной документации в ТОО «МИА КазТАГ» и ОО «Национальный пресс-клуб».
Эти следственные действия обжалованы. Алма-Атинский городской суд стандартно отклонил жалобы и поддержал незаконные постановления суда № 2 Медеуского района г. Алма-Аты по выемке документации.

Подробнее: Обвинительный уклон?

Хапремонт

Страсти по оплате капитального ремонта жилых домов из России перекинулись в Казахстан

Казахстанцы нет-нет, да и находят в своих платежках за ежемесячные коммунальные услуги дополнительную графу с обязательными взносами на капитальный ремонт. Какие-то КСК пытаются собирать эти деньги, какие-то – нет. Какие-то жильцы привычно послушно платят, возмущаясь или молча, какие-то – элементарно вычеркивают эту строчку, и за это их пока к ответственности вроде бы не привлекают.
Между тем Закон «О жилищных отношениях» еще с 2012 года установил (ст. 31 п. 8), что орган управления объектом кондоминиума обязан открывать текущий счет, на который перечисляются взносы собственников квартир на содержание и текущий ремонт общего имущества. Плюс кондоминиумы должны иметь отдельный сберегательный счет, на котором накапливаются обязательные отчисления жильцов на капитальный ремонт. Узаконен и порядок определения этих отчислений: их величина устанавливается общим собранием участников кондоминиума, но не менее 0,02 МРП на один квадратный метр ежемесячно (сейчас это 42 тенге).
Закон как бы надо выполнять, и жилищные инспекции как бы требуют с КСК – давайте выполняйте. И те как бы пытаются, но не дружно и не уверенно. Положение, одним словом, промежуточное, установленная законом обязательность сама получается с приставкой «как бы».
Ниже мы попытаемся посоветовать, как себя вести, если увидите в квитанции сборы на капремонт. Начнем же с объяснения, откуда вообще «ноги растут».
Сообщаю сразу – из России. Казахстанское жилищное законодательство есть во многом калька с российского, и реальное положение в ЖКХ – тоже калька. Но там насчет сборов на капремонты – жестче, и сейчас объясню почему.

Подробнее: Хапремонт

Компьютер — что дышло...

Как экономический кризис на время осложнил работу казахстанским цензорам

В череде событий, связанных с задержанием Сейтказы Матаева и судебными процессами по делу журналистов сайта Nakanune.kz, практически незаметно прошла новость об утверждении новых правил мониторинга СМИ. В принципе в них нет ничего такого, к чему казахстанские журналисты были бы не готовы. Если контролирующий орган, подчиняющийся в этом вопросе Министерству инвестиций и развития, находит в тексте газетной статьи, материале на сайте или в телепередаче нарушение, он квалифицирует его и отправляет в редакцию письмо с описанием «косяка» и требованием либо убрать его, либо больше так не делать. Казалось бы, все достаточно просто.

 Однако есть одно жирное «но», которое существенно отличает эти правила от любых похожих. Как сообщает приказ и.о. министра по инвестициям и развитию РК от 26 января 2016 года, «сбор и анализ продукции СМИ, поставленных на учет в уполномоченном органе, по вопросам соблюдения законодательства страны осуществляется с использованием информационной системы «Автоматизированный мониторинг национального информационного пространства». Иными словами, теперь компьютер должен решать, было нарушение или нет. Специальная программа структурирует материалы и ищет нарушения, исходя из заданного алгоритма.

Подробнее: Компьютер — что дышло...

Суд с акцентом. Политическим?

Процесс по делу газеты «Жас Алаш» проходит на фоне событий вокруг Сейтказы Матаева. В обоих случаях просматривается рейдерская составляющая

Осенью прошлого года некто Жасан Зекейулы, средней руки бизнесмен, руководитель медцентра «Жас-Ай», чрезвычайно возмутился по поводу одной публикации в газете «Жас Алаш» (в ней раскрывается его, по утверждению жены и детей, достаточно неприглядное лицо как главы семьи). И несмотря на то что газета дала ему возможность выступить с ответом, в котором он изложил бы свое несогласие, он подал на издание в суд за нанесение морального ущерба. И оценил этот самый ущерб ни много ни мало в 400 миллионов (!) тенге!

В ноябре Алмалинский районный суд № 2 южной столицы постановил, что главный редактор газеты, журналист газеты и двое бывших родственников Зекейулы должны выплатить истцу денежную компенсацию в размере 400 миллионов тенге.
Я следил за процессом непосредственно в суде первой инстанции. Речь на заседании шла о статье на казахском языке, а по редким репликам судьи чувствовалось, что она просто-напросто не владеет государственным языком в необходимом объеме, который позволял бы ей оценить материалы лингвистической экспертизы. Видимо, по этой причине она почти не задавала вопросов участникам процесса. Тем не менее вынесла свой приговор, который зачитывала с режущими слух ошибками и ужасным акцентом.
Подумалось: если и есть политический заказ на расправу с независимым изданием, то почему не смогли его хотя бы профессионально исполнить? Почему не нашли другого судью, который был бы в состоянии вступать в равноправный диалог с носителями государственного языка? Не случайно во время процесса ходили разговоры об аффилированности судьи одной из сторон (понятно, какой).

Подробнее: Суд с акцентом. Политическим?

Подкатегории