Материалы

Пересекающиеся параллели

Итоги единого дня голосования в России глазами казахстанского общественного деятеля

Прошедшие на днях региональные выборы в России весьма по-учительны для многих постсоветских стран, включая Казахстан, который на полных парах въезжает в Евразийский союз. Естественно, что процессы в соседней стране-лидере этого союза в той или иной мере будут отражаться на наших реалиях: начиная от возможности (или скорее от невозможности) покупать нероссийский шоколад и заканчивая обменом опытом между Акордой и Кремлем по реализации политических проектов.

.

Сразу оговорюсь: допуск на выборы кандидатов из другого лагеря не имеет ничего общего с реальной демократией в России — это продолжающаяся «управляемая демо-кратия». Но тем не менее...

Во-первых, несомненно, возвращение к прямым выборам губернаторов (хоть и с некоторыми ограничительными оговорками) стало имиджевым плюсом для Кремля. Этот шаг не только позволит ему в будущем иметь на местах легитимную в глазах сограждан власть, но и создать внутриэлитную конкурентную среду. Отход от постсоветских «99 с лишним процентов» поддержки «Единой России» и провластных кандидатов в губернаторы – тоже шаг вперед. Громкое второе место Навального, в целом честные проценты Собянина и победа в Екатеринбурге оппозиционно настроенного Ройзмана выбиваются из самых изощренных и умопомрачительных схем Кремля. Похоже, что его стратеги сами не ожидали таких цифр.

Во-вторых, уходит в небытие расхожее мнение о несостоятельности интернета в реальной политике. Например, активная деятельность блогера Навального в сети стала одной из основ его 27 процентов. И это при почти полной информационной блокаде в государственных СМИ. То есть сеть победила телевидение.

В-третьих, при любых режимах попытки очернения и дискредитации политических оппонентов дают обратный результат: вспомните, сколько обвинений прозвучало в адрес того же Навального, включая и осуждение его на 5 лет лишения свободы. Хотели очернить, а получили героя в онлайн и оффлайне: любит народ гонимых!

В-четвертых, эти выборы актуализировали такое подзабытое в Казахстане и России понятие, как единство демократических, оппозиционных сил. Если бы лидеры так называемой системной оппозиции сумели объединить свои усилия, то наверняка тот же Собянин критическую черту «за 50» в первом туре не перешел бы. А так протестный потенциал в результате оказался разделен между противоборствующими персонами из «неЕдиной России».

В-пятых, эта кампания показала некоторое смещение в общественном сознании общепринятых ранее понятий и политических институтов. Например, Навальный не является лидером официально зарегистрированной, структурированной и раскрученной в общенациональных СМИ партии (хотя и был выдвинут от «РПР-Парнас»), он, скорее, одиночка из сферы НПО, но это не помешало ему дать серьезный бой системе.

И Казахстан, и Россия переживают период, когда в силу разных причин (объективных и субъективных) само понятие «политическая партия», к сожалению, дискредитировано. О партиях говорят или как о проектах власти, или как об инструментах в руках отдельных олигархов. В результате люди начинают больше доверять независимым самостоятельным политикам, нежели дискредитировавшим себя лидерам той или иной партии. Вспомним, что и сам Собянин пошел на выборы как самовыдвиженец, хотя он один из формальных руководителей «Единой России».

В-шестых, на этих выборах была рекордно низкая явка избирателей. И дело не только в отпускном и дачном периоде. Дело в том, что любая авторитарная власть, фальсифицирующая результаты голосования, формирует у гражданина неверие в то, что отдельно взятый его голос что-то решит в ходе выборов. Но может наступить момент, когда той же самой власти нужны будут голоса сограждан, а к избирательным урнам никто не придет. Что тогда будет делать власть, лишившись электоральной поддержки?

Хотя хотел Кремль того или нет, но вкус реальной конкуренции Москва (и остальная Россия) почувствовала. И сложно будет игнорировать этот фактор не только российским политикам, но и их соседям и соратникам по Таможенному союзу. Посмотрим, как отреагируют на это наше общество и наша власть.